@@-yol.ru

Автор Тема: Материнство  (Прочитано 1956 раз)

Оффлайн Ольга

  • Администратор
  • Живет на форуме
  • *****
  • Сообщений: 10,362
  • Все дети мира плачут на одном языке
    • dogs.yol.ru
Материнство
« : 15 Января 2007, 11:43:32 »
Татьяна Успенская "Я вышла замуж в Америку"
Что значит быть собакой? Что чувствуют, как живут животные, зависимые от людей?
Кошка иногда может удрать через форточку и где-то найти мышь или поймать птицу. Собака из дома не уйдет, она смотрит в глаза и в руки своего хозяина и ждёт, когда её выведут погулять и накормят. Она во всем зависит от хозяина.
Американская собака. Русская собака. Есть какая-то специфика, особенность в принадлежности к стране, или судьба животного зависит только от того, в чьи руки оно попадает?
Я родилась собакой. Я нема. Зависима. И никто никогда не узнает, что происходит в моей душе.
«Я – собака.
Первое моё ощущение в жизни – запах. Смесь молока и детства, запах детской еды – в ней нет жареного и острого. Запах царит вокруг меня – добротой. Служит мне.
Второе ощущение – ласка. Меня гладит, целует, причёсывает, щекочет существо, пахнущее чистотой, прижимается ко мне, даёт мне молоко…
Мальчика зовут Троппи. У Тропи моё имя звучит мягко – «Эйпьил», и мне очень нравится, как оно звучит. Иногда я нарочно не слушаюсь и не подбегаю к нему сразу, когда он зовёт меня,мне хочется, чтобы он ещё раз произнес – «Эйпьил». Он не сердится, он расстраивается, когда я сразу не подхожу к нему, и в его голосе, повторяющем моё имя, звучит обида…
Саамы счастливые мои дни – дни занятий. Тропи теперь водит меня в школу. Там я без верёвки. И там есть Кит. Со мной и Китом занимается существо, пахнущее резко и неприятно: табаком. Но плохого он ни мне, ни Киту ничего не делает. Наоборот, разрешает нам бегать и прыгать.
С Китом приходит девочка Кейт.
День за днём… Зелёное поле, по которому мы с Китом носимся. Скамья, на которой тихо сидят Тропи и Кейт…»
«…Остро, всеми своими органами, я ощущаю всё, что дарит мне судьба. Запахи – весны, Кита, Тропи, Кейт… Вкус травы, которую мы с Китом смакуем во рту, и воды в ручье, из которого мы, все четверо, пьём. Чувствую мягкие прикосновения Кита. Слышу звуки: светлый звон воздуха, неразборчивые шепоты травы и листьев, тщащихся что-то поведать нам с Китом, дыхание и разговоры Тропи и Кейт. Вижу необыкновенные цвета: зеленый – не зеленый, а золотисто-зеленый, голубой – не голубой, а золотисто-голубой…
Знакомый мир превращается в незнакомый. И возникает во мне еще одно чувство. Оно наполняет меня чем-то, отчего текут слёзы. Оно открывает мне, не знаю, откуда приходит ко мне это знание, судьбы моих предков, их историю. Оно делает понятной мне человеческую речь и дарит мне возможность самой говорить с Китом. И с деревьями, и с травой, и даже с солнцем…»
«Этот день случился летом.
Кейт и Троппи стоят друг перед другом, он чуть склонился на ней и, почти не касаясь, гладит е волосы. А Кейт подняла к нему лицо и первая потянулась к нему губами. Это был словно какой-то толчок, сигнал, словно разрешение свыше. Мы с Китом оказались одним целым. То, что переполняло меня, вспыхнуло. Пожар. И – острый запах Кита. Острый запах солнца. И я больше не одна, Кит и я – единое существо…»
«…Моя жизнь теперь резко изменилась. Я не жду больше и не считаю минутки, когда Тропи придёт с занятий, станет играть со мной. Я уже не одна, я вся теперь внутри. И сосредоточена на своих детях. В снах вижу, как мы играем на молодой траве все вместе – Кит, я и наши дети: кувыркаемся, боремся, нам с Китом приходится придерживать лапы, чтобы нечаянно ушибить детей. Целый день я говорю с моими детьми. Я чувствую, как они растут. Чтобы им легче было расти, я хожу по комнате – гуляю, съедаю всё, что даёт мне Троппи. Теперь, когда мы выходим с Троппи на улицу, я смотрю на солнце, прошу его, чтобы оно согревало моих детей и помогало им расти…»
«…Я ничего не поняла даже тогда, когда ощутила резкий запах лекарств дома, в который меня ввела Бетси. Ничего не поняла даже тогда, когда мне сделали укол. И даже тогда, когда мне связали лапы и крепко затянули рот жестким жгутом. И, лишь когда сверкнуло надо мной лезвие, не надо мной, над моим брюхом, в котором росли дети Кита, в последнее живое мгновение своей жизни я поняла, что решила сделать Бетси для того, чтобы я принадлежала лишь ей. В панике я рванулась со всей силы, на которую была только способна, но как поздно я – рванулась! Что могла сделать я, связанная по рукам и ногам?
Не только детей Кита. Они вырезают из меня моё материнство – никогда у меня больше не будет детей!
-Она плачет! – восклицает Бетси, - Она понимает?! Я вижу, она понимает, о чём мы говорим и что хотим вырезать!
Доктор что-то делает со мной, местный наркоз начинает распространяться на другие мои органы. Нечувствительным становится не только живот, немеют грудь и ноги, как когда-то у умирающего Кита. И – меркнет свет. Яркая еще минута назад, лампа словно припорашивается пылью. Яркие цветы на одежде Бетси тухнут. И…Наваливается равнодушие. Ни красок, ни звуков, ни слов. Я перестаю понимать человеческую речь. И – сама теперь никогда больше не заговорю!
…Я больше не живу. Я – умерла, под местным наркозом, в ту минуту, как из меня вырезали мою способность к материнству. У меня отняли всех, кого я любила. И, хотя Бетси мучается из-за того, что убила моих детей, мне её не жалко. Я – её комнатная собачонка, для развлечения, хотя и больших размеров. У меня есть пушистая постель, такая же, какая была в комнате Троппи, игрушки, меня кормят собачьей едой из коробок, пакетов и банок, меня водят гулять на специальную площадку, где можно побегать. Меня гладят, расчесывают, ласкают, разговаривают со мной. Но всё это вместе теперь называется совсем по-другому, чем раньше: я не живу, я существую. Да, я ем, но никогда больше не возникнет во мне чувства наслаждения, какое испытала я, поедая вместе с Китом, Тропи и Кейт гамбургеры, сухой корм из пакетов я терпеть не могу. Да, я хожу на прогулку, но только затем, чтобы справить свои дела. Ни деревья, ни трава не вызывают во мне никаких чувств, а бегать я разучилась. Я не играю в игрушки и всё больше лежу, находясь на грани бодрствования и сна. И не прислушиваюсь больше к звукам за окнами и дверями моего нового дома, потому что вместе с материнством из меня вырезали желание сторожить дом, защищать хозяина – лаять при возникновении опасности….»
« Последнее редактирование: 15 Января 2007, 13:47:37 от Ольга »
Создание сайтов, для питомцев от 10т.р.
Поддержка и продвижение существующих .

E-mail: d.ilov@situng.netПортфолио: Situng Desitung web group


tigrina

  • Гость
Re: Материнство
« Ответ #1 : 18 Января 2007, 19:01:35 »
знаеш Оль уж слишком учеловечивать собаку нельзя